» » Некромант на охоте - Лисина Александра

Жми, тут можно >>> Аудиокниги слушать онлайн
бесплатно

Некромант на охоте - Лисина Александра

+11
Некромант на охоте - Лисина Александра

Скачать книгу Некромант на охоте - Лисина Александра бесплатно


Разве такое могли допустить при старой Гильдии?
Я же, по привычке отслеживая реакцию гостей, в какой-то момент вдруг поймал себя на мысли, что мне чего-то не хватает. Чего-то неуловимого, едва замечаемого в обычное время… но все же безусловно важного. А когда сообразил, в чем именно дело и почему мне вдруг стало так неуютно, то резко нахмурился и требовательно поманил к себе Глюка.
— А где Зубища? — хмуро осведомился я, поняв, что именно ее присутствия мне не хватало. Обычно мое чудовище встречало меня первым. Ласкалось, как водится, счастливо мурлыкало под ногами, мешалось, пачкало одежду. А сегодня — ничего. Пустота. И даже поводок стал практически неощутимым.



Под моим требовательным взглядом призрак впервые сконфузился и виновато развел руками.
— Простите, хозяин… я не знаю.
— Как это, не знаешь? — не поверил я.
— Увы, мой господин. Два дня назад ваша зверюга ушла на охоту и до сих пор не вернулась. Я сперва подумал — просто задержалась. Мало ли, добычи было не так много. Или, наоборот, достаточно, и Зубища увлеклась… солнце ведь ей не страшно, поэтому я забеспокоился только к вечеру следующего дня, когда она не явилась с добычей и не принялась гонять, как водится, Жраку. Сразу отправил в лес горгулий, но они вернулись ни с чем — ее след потерялся где-то на северо-восточной границе ваших владений. Тогда я вызвал сюда Верзилу и велел прочесать тот участок леса. Они вернулись этим утром и подтвердили, что Зубища действительно там охотилась и даже успешно. Ее след оборвался у реки, неподалеку от границы герцогства Ангорского. Однако следов борьбы они не нашли. Признаков погони — тоже. Так что боюсь… Зубища сбежала.



Я резко встал.
Кто? Моя Зубища? Преданная мне до последней капли крови тварь, которую я создал, оживил и строго-настрого велел не покидать баронство? И вдруг взяла и сбежала?!
— Бескрылого сюда, — сухо приказал я, с сожалением признав, что отдых мне теперь долго не светит. — Срочно. И пусть собирает всю стаю — надо найти ее до того, как кто-то из Ангорских сообразит, что видит перед собой высшую нежить, или обнаружит мой поводок. Живо!



Глава 9





«Нет ничего хуже неизвестности».
Мастер Люборас Твишоп.
Покидать замок на ночь глядя мне откровенно не хотелось, но связь с Зубищей уже почти не ощущалась. Сама бы она не посмела удрать без спроса, поэтому остается… что? Сманили моего зверя? Похитили? Или просто напали? В любом случае я должен был знать точно. И уже сейчас стоило определиться, сохранять ли мне поводок или же избавиться от опасной улики.
Резвач обрадованно взревел, когда я открыл стойло и кинул внутрь свиной окорок. Жадно сопя и чавкая, умсак в один присест проглотил угощение и нетерпеливо замялся, дожидаясь, пока я закончу возиться с упряжью. От ударов его копыт гулкое эхо тревожно заметалось в тесноте склепа, скрежет когтей больше походил на попытки здешних обитателей выбраться на свободу. Громкое всхрапывание вовсе напоминало хрип полузадушенного медведя, поэтому я мимолетно порадовался, что заранее позаботился о хорошей изоляции.



Уже на выходе из склепа я наткнулся на Верзилу — недавно преобразившийся кузнец выглядел просто отлично: плечистый, здоровый, крепкий, даже с румянцем на бледных щеках… взгляд ясный, чистый, движения четкие, быстрые — не то что раньше… подойди вплотную, и ни в жизнь не поймешь, что разговариваешь с зомби. Единственно, морда у него была отчего-то хмурой, а в пронзительно синих глазах… одни демоны знают, почему они у всей моей нежити становятся такими… горело совершенно отчетливое осуждение.



— Я пойду с вами, хозяин, — хмуро сообщил он, словно невзначай загородив проход. — Негоже вам посреди ночи в одиночку на охоту ходить.
Мда. А вот и первые последствия моего смелого эксперимента. Глядишь, скоро и перечить начнут. Может, я поторопился дать им свободу?
Я скептически оглядел мрачного здоровяка, смотрящего снизу вверх с упрямой решимостью, и хмыкнул.
— А если прикажу тут остаться, оспаривать будешь?
— Нет, — мотнул головой Верзила. — Хоть до утра простою, вас дожидаючись. Не обучен, значитца, приказам вашим перечить. Токмо, господин, со мной-то надежнее будет. Вдруг на гадость какую в лесах наткнетесь?



Я едва удержался от усмешки.
— И чем же мне тогда поможет твое присутствие?
— Да чем угодно: прикажете — я в бараний рог скручу любую тварь, коли она не высшей окажется; понадобится — в замок ее доставлю, или весточку подам, коли потребуется подмога. А ежели с вами чего стрясется, так и на себе до дому донесу… чай, не зазря ж вы мне столько сил намедни отмерили?
Я ненадолго задумался.
— А и демон с тобой. От грубой силы порой больше толку, чем от заклинаний. Седлай Топтуна и давай за мной.



— Сперва я наших разбужу, если позволите, — неожиданно не согласился Верзила.
— Это еще зачем?
— В доме двое посторонних магов, господин, — со знанием дела пояснил он. — Мало ли чего удумают, пока вас не будет? Пусть-ка мужики на страже постоят, а поутру их бабы сменят, если понадобится.
Я одобрительно кивнул.
— И то дело. Поторопись.
Не дожидаясь, пока кузнец вытащит из гробов сонных крестьян… да, я уже давно повыбрасывал оттуда иссохшие скелеты предков Невзунов — нечего полезную жилплощадь зазря занимать… я вывел Резвача во двор и, свистнув собакам, устремился к воротам. Стая горгулий, со зловещим клекотом снявшись со стен, рванула следом, кружась над моей головой, словно туча воронья. А Гавкач, внушительно порыкивая, замыкал процессию, серой тенью скользя по темноте.



Резвача поначалу не торопил — давал время разогреться, а уж когда нас нагнал Верзила, то с легкой душой отпустил поводья, прекрасно зная, что умный зверь беспрекословно последует за Бескрылым, выбрав для этого наиболее короткий и легкий путь.
До речки мы добрались меньше, чем за полчаса, постаравшись обогнуть обе деревни по максимально широкой дуге. На ту сторону умсаки перемахнули, почти не замочив копыт, Гавкач от них не отстал, а вот дальше, где начиналась непролазная чаща, пришлось сбавить темп. В первую очередь потому, что мои поисковые заклинания впервые наткнулись на охранные заклятия (герцог Ангорский еще год назад решил обезопасить свои земли от непрошенных гостей), и мне пришлось потратить несколько драгоценных минут на то, чтобы их обезвредить.



Следов Зубищи на этой стороне магического «забора» я не увидел. Но мне и не нужно было смотреть глазами — я все еще продолжал, хоть и очень слабо, ощущать поводок, поэтому надобности в визуальном контакте не возникало. Другое дело, что мое прожорливое чудовище с каждой минутой продолжало отдаляться, рискуя оборвать эту связь. А мы, к тому же, снова наткнулись на «охранку», причем посложнее, чем та, которая вплотную примыкала к берегу. Пришлось застрять там еще минут на пятнадцать, из-за чего разрыв между нами и Зубищей увеличился настолько, что стал критическим, а я в конце концов не вытерпел и отправил мысленный зов.



Отклик пришел далеко не сразу — Зубища, будто увлекшись охотой, ответила с большим опозданием. Однако далекий-предалекий рев, раздавшийся где-то на северо-востоке, убедил меня в том, что тварюга цела. А чуть позже пришел и мысленный отклик, в котором смешалось радостное удивление, беспокойство, перерастающее в тревогу, и даже… нечто, смутно напоминающее предостережение! Перехватив которое, я изумился настолько, что едва не пропустил прыжок Резвача и чуть не вылетел из седла.
Нет, это что вообще такое?! Неужто азартная тварь только что посоветовала МНЕ придержать коня?!



Словно отвечая на мое раздраженное шипение, далекий рев повторился снова. Но на этот раз в нем звучала и боль. А слабый мысленный отклик, который я поймал лишь потому, что напряженно его ждал, донес странные ощущения, в которых было и осознание своей вины, и радость от того, что я все-таки пришел, и желание угодить, но, что самое важное, упорное стремление меня защитить.
От чего уж она пыталась меня оградить, я так и не понял. Но вот то, что преданная тварь где-то там отчаянно сражалась, я почувствовал более чем хорошо. И, прежде чем поводок окончательно оборвался, успел сделать то единственное, что еще мог — выплеснул в него столько силы, сколько он мог выдержать, не сгорев. После чего свистом подозвал Бескрылого и, указав ему направление, сухо велел:



— Найдите ее.
А когда стая умчалась вперед, полностью перешел на второе зрение и, направив умсака к выскочившей на пути очередной «охранке», принялся исследовать магическую преграду.
Как назло, маг у герцога оказался толковым — защита вокруг моих бывших владений стояла аж в три ряда и, как следовало догадаться, реагировала исключительно на нежить и живых двуногих нарушителей. Причем если первый и второй ряды я проскочил с ходу, то последний оказался не в пример более изобретательным и сложным. Таким, что отключить его быстро и не поднять при этом тревогу в замке соседа я не мог.



Перепрыгнуть «охранку» мы тоже не могли — высота самых верхних нитей защитного заклинания достигала высоты почти полутора человеческих ростов. Да и в землю они наверняка уходили на достаточную глубину, так что нечего было и думать преодолеть ее с помощью подкопа.
Но что ж мне теперь, как горгульи крылья отращивать? Или ну их всех к демонам — рвануть напрямик, невзирая на последствия?
Сморщив нос и еще раз оглядев неудобное препятствие, я все-таки решил обождать с крайними мерами и пустил Резвача вдоль несговорчивой «охранки». Ничего, Зубища в ближайшее время не помрет — я отдал ей столько сил, что хватит на трех таких. Да и стая прибудет на место драки очень скоро. Так что рисковать пока не будем. Лучше постараемся найти пригорочек повыше или камешек приличного размера…



— А на меня, интересно, она среагирует? — неожиданно задал вопрос держащийся позади Верзила. — Господин, вы не знаете — эта защита на высшую нежить рассчитана?
Я с интересом присмотрелся к своему помощнику.
— Она на любую рассчитана. Кажется, господин герцог совсем мне не доверяет, раз раскошелился на подобные заклятия.
— Жаль, — вздохнул кузнец, на всякий случай отъехав от «охранки» подальше. — А то я бы рискнул.
— М-м-м… думаю, прок с тебя все-таки будет. Сможешь за пару минут уронить здесь пару деревьев потолще? Желательно, одно на другое?



— Таких, чтобы кони смогли хорошо оттолкнуться?
— Точно. И чтобы заклинание не задеть.
— Пожалуй, смогу, — повел могучими плечами зомби и, кинув оценивающий взгляд на стоящие рядом деревья, ловко спрыгнул на землю. — Инструмент бы мне какой, так оно б складнее вышло… ну да чего нет, того нет… попробуем руками…
Я с еще большим интересом присмотрелся к кузнецу, решив, что его все равно стоило испытать в деле. Проследил за тем, как он придирчиво оценивает расстояние до защиты (и ведь видит ее! Сам, без подсказок!)… Как медленно обходит по очереди могучие стволы, прикидывая толщину и расположение веток — чтобы, видимо, кони сразу прошли, а не продирались сквозь торчащие во все стороны коряги. Наконец, выбрав первую цель, Верзила уверенно крякнул, уперся в нее плечом… и я поспешно отвел Резвача назад, чтобы пошатнувшийся ствол вековой сосны не царапнул меня по кумполу.



Удивительно, но силищи в этом здоровяке и правда оказалось много: огромная сосна, посопротивлявшись для начала, довольно скоро затрещала и заметно накренилась. Правда, сразу падать не пожелала — уперлась в самый ответственный момент, крепко держась корнями за землю и отчаянно не желая терять с нею связь. Налегший на нее Верзила побагровел весь, раздулся от усилий, торопясь как можно скорее выполнить мою просьбу. Сосна в ответ жалобно заскрипела и негодующе зашелестела ветками; ее длинные узловатые корни, неохотно поддаваясь усилиям зомби, медленно выползали из-под дерна, вырывая из него целые пласты осыпающейся земли, но держали все еще крепко — глубоко вросли. И кузнец, как ни старался, так и не сумел перебороть их сопротивление.



Убедившись, что он достиг предела своих возможностей, я сделал зомби знак передохнуть. Кинув требовательный взгляд на Топтуна, молча указал ему на препятствие. Тот, выпустив когти, с остервенением ринулся драть неподатливые корни, а Верзила, быстро смекнув, что к чему, с удвоенной силой налег на ствол. После чего упрямое дерево, лишившись опоры, все-таки сдалось и медленно повалилось на землю.
Со вторым было проще — с помощью умсака кузнец уронил его крест-накрест на первое, создав для коней корявую, но вполне преодолимую лесенку. Умсаки, умело балансируя на качающемся стволе, ловко взбежали на импровизированный помост и уже без помех перепрыгнули через «охранку». Я же, оказавшись на той стороне, сделал мысленную пометку — если буду когда-нибудь устраивать магические заслоны у себя на границе, для начала озабочусь тем, чтобы поблизости не оказалось ни одного мало-мальски пригодного для переправы дерева.



Оно мне надо, чтобы всякое ворье шастало туда-сюда без приглашения?
Остальное было делом техники — мне даже не нужно было вмешиваться, пока умсаки на огромной скорости летели сквозь лес. От бешеной скачки заду, конечно, досталось, но поводок от этого лучше чувствоваться не стал. К сожалению. Так что внезапное замедление конского галопа, которое сопровождалось грозным рычанием Гавкача, застало меня врасплох.
— Хозяин, смотрите! — встревоженно крикнул Верзила, вырвавшийся на пол-корпуса вперед и первым добравшись до края мелькнувшей среди лесной чащобы опушки. — Там кто-то есть! Я слышу!



— Смертью пахнет, — нахмурился я, едва успев увернуться от хлестнувшей по лицу ветки, и резко натянул поводья. — Резвач, стой! Гавкач, проверь обстановку.
Пес, глухо рыкнув, тут же растворился среди деревьев. Верзила, правильно расценив мой предупреждающий знак, послушно сдал назад и освободил дорогу. Мгновением позже на мое плечо спикировал взъерошенный Бескрылый, а еще через миг я услышал громкий лай Гавкача.
Потянув ноздрями воздух, в котором витал отчетливый запах крови, я медленно стронулся с места, внимательно осматривая изрытую, словно бы вспаханную на глубину пол-локтя опушку. Бегло оглядел безжалостно поломанные кусты, сиротливо вздымающие к небу оголившиеся ветки. Истоптанную траву, на которой тут и там виднелись клочья черно-бурой шерсти. Аккуратно объехал широкую багровую лужу, над которой уже роились вездесущие мухи. Мазнул быстрым взглядом по двум изуродованным, жестоко погрызенным трупам, на первый взгляд похожих на сильно обросших телят. А, добравшись до напряженно застывшего в центре поляны Гавкача, проследил за его взором, устремленным под кривую, низко клонившую к земле зеленые лапы ель, и остановился.



Пес был напряжен, как струна, шерсть на загривке стояла дыбом, а из горла то и дело вырывался тревожный рык, в котором я к собственному удивлению распознал неуверенность.
Что такое? Неужели моя нежить чего-то боится?
А потом из-под ели раздался хриплый стон. Тихий, едва уловимый, жалобный. Услышав который, Гавкач неожиданно смолк, а я нахмурился и, решительно спешившись, негромко позвал:
— Зубища?!

***
Ее прыжок оказался так стремителен, что я едва успел сместиться в сторону, скинув с плеча заполошно каркнувшего Бескрылого, и машинально швырнул в выскочившую из-под ели мохнатое нечто заклинание мгновенного разложения.



От удара ринувшаяся из-под зеленой лапы тварь, хрипло взвыв, отлетела в сторону, шмякнувшись на влажную, пропитанную кровью землю бесформенным комком из костей, повисшей клочьями шкуры и начавших отслаиваться мышц. А в мою голову только тогда закралось сомнение, смешанное с сожалением из-за нерациональной траты полезных ресурсов. Я в эти самые «ресурсы» уже столько вложил…
Впрочем, мысль эта очень быстро исчезла — то, что на меня бросилась не Зубища, стало очевидно почти сразу. И, хоть непонятная тварь, захлебываясь диким воем, разваливалась буквально на глазах, ее вытянутую морду с одной-единственной раззявленной пастью, непропорционально маленькие передние лапы и полное отсутствие… вероятно, их откусили не так давно… задних я успел-таки рассмотреть. И вовремя придержал за холку рванувшегося пса, чтобы не вздумал тащить в рот всякую гадость.



На поляне тут же засмердело, словно из разложившейся помойки.
Проследив за тем, как со скелета опадают последние мягкие ткани, я приметил, что в груде гниющего мяса что-то блеснуло. Наклонившись, первой попавшейся веточкой выудил оттуда знакомое колечко с буквами «И», «В» и «Ш», и покачал головой.
— Я же говорил — на лапу надо было надевать. А то зуб вышибли — вот и нет больше источника. Понятно теперь, почему оборвался поводок — без кольца она его бы долго не удержала…
— Что еще за зверь такой? — осторожно поинтересовался у меня из-за спины Верзила, когда монстр затих, а я деловито отряхнул кольцо и убрал его за пазуху.



— Понятия не имею. Первый раз такую вижу.
— А это точно… не ОНА?
— Нет. У Зубищи был поводок. У этой твари его нет. Так что я не промахнулся, не переживай.
Кузнец, наконец, тоже спешился и, мельком оглядевшись, кивнул на два оставшихся трупа.
— Хозяин, можно?
Я мотнул головой и велел ему отойти назад, настороженно ощупывая ближайшее тело с помощью заклинания. Но тварь, как и та, вторая, действительно была мертва — ни обычной жизни, ни псевдо-жизни в ней не ощущалось. Собственно, этого и в первой не было, даже когда зверюга могла шевелиться, но именно поэтому-то я и спутал ее с Зубищей — та тоже невидима для магического взора.



— П-простите, х-хозяин… — шумно сглотнул вернувшийся на мое плечо слегка заикающийся Бескрылый. — Мы ее н-не заметили — слишком ловко пряталась, с-сволочь. Вас не задело?
— Нет, — рассеянно отозвался я. — Проверьте ее.
Одна из горгулий, спеша реабилитироваться за свой промах, бесстрашно спикировала на труп и прямо на лету храбро долбанула его клювом по голове. Массивная туша дрогнула от удара, но не пошевелилась. Второй заход тоже не заставил ее дернуться. И даже тогда, когда осмелевший птиц нагло уселся ей на лоб и мстительно клюнул прямо в глаз, не соизволила отреагировать.



— Сдохла, — с облегчением констатировал Бескрылый, когда летун, восхитившись собственной смелостью, надулся от гордости. — Хотя с такими ранами… оно и не немудрено.
— У первой была отгрызена нижняя половина тела, — возразил я, подходя к твари вплотную. — А она еще дергалась и весьма резво изображала попрыгунчика. Впрочем, ты прав — тут раны посерьезнее.
Обойдя труп по кругу, я по достоинству оценил распоротое от горла до паха брюхо, оскаленную морду с разинутой пастью, откуда наружу вывалился сизый язык, выпученные крысиные глазки, надежно прячущиеся под толстыми надбровными дугами, острые клыки, каждый из которых сделал бы честь матерому волку, и длинные, чуть загнутые книзу когти, способные без устали рвать не только живое тело, но и плотно слежавшуюся землю. К примеру, на кладбище. Однако особое внимание я уделил вылезшим из брюха, слипшимся в один склизкий комок внутренностям, в которых с немалым трудом можно было опознать темно-коричневые, будто давно отмершие, кишки, сморщенную, обескровленную печенку и такую же черную, безжизненную селезенку, разорванную чьим-то клыком почти пополам. Причем, судя по состоянию потрохов, тварь умерла не сегодня, а как минимум неделю назад. Так же, как и другая, которой кто-то ловко отгрыз уродливую голову. А из этого следовало сделать единственно-верный вывод…



— Нежить, — наморщил нос я, только сейчас ощутив невыносимую вонь от разложившегося монстра. Затем потрогал грубую шерсть, залез в пасть, пощупал клыки и покачал головой. — Такая же, как Зубища. Только несколько… совершеннее. Строение мышц, расположение зубов и форма когтей заметно отличаются. Видимо, более новая модификация, предназначенная для охоты на более крупную дичь. Наверное, Зубища засекла одну из них вблизи от наших земель и попыталась преследовать. Если бы она знала, что тут целая стая, вряд ли напала бы в одиночку — позвала бы меня. А раз пошла следом, значит, была уверена в своих силах…



— Похоже, она выслеживала тварь давно, — неловко кашлянул Бескрылый. — Сперва долго петляла по лесу, разыскивая лежку, а потом все-таки спугнула. Выловить, похоже, не сумела и тогда погнала сюда, подальше от замка и от людей. А здесь они в первый раз схватились, после чего стало ясно, что тварь не одна. Вот и вышло… что вышло.
— Здесь три трупа, — хмуро огляделся Верзила. — Проверьте следы — надо выяснить, сколько их еще осталось.
— Двое, — хрипло каркнул через несколько минут тяжело взмывший в воздух Бескрылый. — Отсюда ведут три цепочки следов, включая следы Зубищи, все в одном направлении — в сторону северной границы Ангорских…



— К болотам? — уточнил я.
— Да, хозяин. Ваша зверюга их преследует.
— Верзила, проверь. А к тебе, друг мой крылатый, у меня возник другой вопрос: почему вы не нашли следов чужака еще вчера? Вы ведь исследовали берег, разве нет? Так почему никто не понял, что нежить была чужой?
Под моим взглядом горгулья сникла, а рассевшаяся по деревьям стая сконфуженно притихла.
— У нашей Зубищи и этих… крыс… отпечатки лап очень похожи. Да и не присматривались мы: кто ж знал, что тут бродит еще одно чудовище?!



— Хочешь сказать, что вы могли перепутать следы и РАНЬШЕ? — опасно тихо осведомился я.
Бескрылый совсем скис и виновато понурился.
— Д-да, хозяин. Никто не знает, сколько времени эта тварь ошивалась возле замка.
— Тебе крупно повезло, что среди вас нет следопытов, — спокойно заключил я, делано не заметив, как горгульи зябко передернули плечами. — Но вряд ли гости появились давно — Зубища бы заметила. Значит, неделя от силы… так. Забирай стаю и прочешите все баронство еще раз. Теперь — с учетом обстоятельств. Я должен знать, остались ли на нашей территории чужаки. Если найдешь, оставь кого-нибудь наблюдателем и сообщи Лиш. Если нет… продолжайте искать. И сообщите Бодирэ, чтобы людей без присмотра в лес не пускал — лишних потерь нам не надо.



— Сколько у нас времени? — обрадованно встрепенулся Бескрылый.
— Нисколько. Эти сведения нужны мне как можно скорее.
— А вы, хозяин?
Я прищурился.
— Вернусь к утру. Выполняй.
— Как прикажете, — тяжело вздохнула горгулья и, огорченно коснувшись моей щеки крепким клювом, слетела с плеча. — А ну, бездельники… на первый — второй — рассчитайсь!..
Верзила вернулся минут через десять после того, как стая снялась с места и устремилась в обратную сторону. Задумчивый, озабоченный и почти что встревоженный.



— Следов действительно много, хозяин, — сообщил он, забираясь в седло под тихое ворчание Гавкача. — И они практически идентичны — даже я с трудом различил, который из них принадлежит вашему чудищу. Так что птицы не виноваты…
— Короче, — сухо велел я, пропустив последние слова мимо ушей.
— Направление верное — северо-восток, — тут же сменил тон зомби. — Судя по неравномерной глубине отпечатков, уходили в спешке, видимо, сразу после боя — возле первой цепочки немало крови, но шагов через сто они заканчиваются, и дальше след идет ровно, будто нежить подлечилась. Вторая цепочка вдавлена в дерн гораздо глубже первой — вероятно, зверь более крупный. Так я сперва подумал. Однако размеры смущают — следы по величине такие же, как первые, так что, возможно, сам зверь не особенно велик, но… не знаю, правда, возможно ли это… он что-то с собой нес. Достаточно тяжелое, но не сильно мешающее передвижению. Следы Зубищи я тоже нашел — они идут поодаль. Так, будто она гналась за петляющими тварями по прямой, уже после того, как чужаки ушли. Я почти уверен, что сперва ее подкараулили всей стаей, попытались убить, а когда стало ясно, что она гораздо сильнее, двое сбежали. Зубища задержалась с теми тремя, которых мы видели, и нагоняла беглецов уже гораздо позже, ориентируясь по запаху, а не по отпечаткам лап. И случилось это, если я правильно понимаю, несколько часов назад. Так что, мой лорд, сейчас они ушли далеко — до утра нагнать никак не успеем.



Я замедленно кивнул.
— Да. Второй бой наверняка случился на болотах — поводок не погас бы раньше. Так что, наверное, идти туда бессмысленно. Если Зубища справилась, вернется скоро сама. Если же нет… думаю, мы все равно не успеем ее нагнать. К тому же, тебе на солнце пока рано появляться…
— Мы повернем домой? — удивленно обернулся ко мне кузнец.
— Нет, — оскалился я. — Мы с тобой пойдем сегодня в гости.
— Ночью? — на всякий случай уточнил он, выразительно покосившись по сторонам.



— А что такого? Может у меня быть бессонница, как у Модши?
— Безусловно, господин, — невозмутимо кивнул зомби. — А кому именно вы собираетесь нанести визит?
— Моему дражайшему соседу, конечно, — ухмыльнулся я. — Должен же он объяснить, что на его землях делает искусственная и, к тому же, обученная работать шпионами нежить?
— А вы полагаете, нежить была его?
— Не исключено. Не зря же он выписал себе на помощь нескольких мэтров-недоучек? Вдруг впридачу к ним какой-нибудь хитрый маг из Совета решил подарить его светлости несколько старых образцов из заброшенных лабораторий? Так сказать, для ускорения процесса очищений леса от тварей?



— Так вам нужны имена! — догадался, наконец, Верзила.
Я хищно улыбнулся.
— Не только. Будем считать, что мне просто очень сильно захотелось посмотреть этому герцогу в глаза…



Глава 10


«Искусство убеждения — это когда ты умышленно ломаешь кому-то ногу, а потом сожалеешь так, что даже пострадавший чувствует себя виноватым».
Лицедей.
— На по-о-омощь! Помогите!!! Человека убили-и-и!!!..



Старший по караулу Дибс, всего полчаса как рискнувший прикорнуть возле жарко натопленного очага, испуганно вздрогнул и поспешно открыл глаза.
Что такое? Что стряслось? Неужто эта жирная свинья Ликис, налакавшись пива, снова промахнулся мимо дырки и провалился в сортир? Или какой-то недоумок попался в постели Блудливой Марты, а теперь улепетывал от ее разъяренного мужа? Баба-то она, правда, справная — есть за что подержаться — только характер подкачал, да мужик у нее совсем тупой. Намедни руку одному из пацанят заломал всего лишь за то, что голодный ребенок пытался стащить со стола кусок вчерашней горбушки. Крику тогда было… А уж сколько зубов он повышибал ухажерам слабоватой на передок женки — вовсе не счесть.



— А-а-а-а! — снова донеслось откуда-то издалека, заставив старшину вздрогнуть и подскочить на месте, а потом что-то яростно загрохотало внизу. — На помощь! Кто-нибудь! Да проснитесь же там, негодяи! Тут человеку плохо!
Дибс ошалело моргнул, запоздало сообразив, что это кто-то стучится… вернее, уже ломится в запертые ворота замка. И, с грохотом опрокинув попавшийся под ноги табурет, выскочил из караулки, по пути торопливо пристегивая ножны к поясу.
Кого там еще демоны принесли? Только все наладилось, его светлость за заслуги пожаловал старому солдату небольшой уголок, где можно было и ночь скоротать, и покладистую вдовушку пригласить. Да раз в три дня отоспаться давал всласть, аккурат когда новое дежурство подходило. Тихо тут стало в последнее время. Так тихо, что даже нежить перестала по ночам озорничать. Он-то понадеялся, что сегодняшняя ночь, как и три предыдущие, пройдут спокойно, а тут нате вам! Явился какой-то упырь, шум подымает…



— ЭЙ!!! — грохот во дворе еще больше усилился, и Дибс заторопился, боясь, как бы хозяин не проснулся и не осерчал. Караульным, небось, лень задницу от топчанов оторвать, а его-то герцог потом точно взгреет за недосмотр. — ЭГЕ-ГЕЙ! Вы что там, передохли?! «Хамелеонка», что ль, в замке гостит?!
На смотровой площадке, поняв, что от неудобного гостя так просто не отделаться, перестали прикидываться глухими и, грохнув сперва смотровым оконцем, а затем и дверью, лениво осведомились:
— Ты че, малой? Совсем спятил — орать под окнами его светлости? Давно плетьми не секли?



— ЧТО?! — воскликнул чей-то незнакомый голос. Молодой, звонкий. — Да у меня тут человек загибается, а вы… демонов хвост тебе в глотку… тут развлекаетесь!!!
— Пшел вон отсюда, сопляк, — так же лениво цыкнул невидимый стражник и смачно сплюнул с башни. — До утра открывать не велено. Приказ герцога.
— К демонам твой приказ! — окончательно разорался мальчишка. — И тебя вместе с ним! У меня тут раненый! Я его на себе два часа пер не для того, чтобы ты тут харкотину свою сплевывал нам на головы!



— Заткнись, ублюдок! — рыкнул второй голос, побасовитее, не подозревая, что гулкое эхо исправно доносит до старшины каждое слово. Ох, кажется, это придурок Мартов выглянул. Сейчас что-то будет… — А то спущусь и поперек спины вытяну, чтоб рот зазря не разевал!
— Да спускайся уже быстрее, идиот! — надсаживая горло, заорал в ответ дерзкий пацан. — Давно вас жду не дождусь! Все кулаки себе отбил о ваши ворота!
— Смотри, допросишься! Точно спущусь!
— Да пошел бы ты демону в…!



Куда именно направил обладатель звонкого голоса муженька Блудливой Марты, Дибс толком не расслышал, потому что в этот момент старательно пыхтел, забираясь по узкой лестнице на верхнюю площадку и проклиная ее крутизну на пару с собственными больными коленями. А вот подчиненный, кажется, расслышал прекрасно — до старшины донесся злобный рык, наверху что-то с металлическим лязгом упало, а следом послушался дробный топот тяжелых сапог.
— Вот баран, каждый раз ведется, как малой… — устало вытер лоб Дибс и, набрав побольше воздуха в грудь, что было мочи заорал: — А НУ, ВСЕ ПО МЕСТАМ, ДАРМОЕДЫ! ОБРАТНО НА ПЛОЩАДКУ! ЖИВО! И ЗА МАГОМ ЧТОБ СГОНЯЛИ! БЕГОМ! НЕ ТО ЧЕТВЕРТУЮ!



Права казнить у него, правда, не было — на то лишь у герцога имелось высочайшее разрешение, но дурного мужика, как и взбешенного быка, можно было остановить только двумя способами — ошарашить его донельзя либо же смачно заехать оглоблей в лоб. Оглобли под рукой у Дибса, к сожалению, не нашлось, так что пришлось срывать голос. Но тупому солдафону, кажется, хватило — топать наверху перестали, раздраженный рык затих, кто-то торопливо метнулся на вторую лестницу, спеша уведомить дежурного чародея, и старшина смог беспрепятственно подняться на площадку.



— Что тут у вас? — требовательно просипел он, свирепо глянув на здоровенного мужичину с раскрасневшимся от гнева лицом и злобно сверкающими глазами. — Кто кричал?
— Дык… это… упырь, господин старшина… вот стоит, гаденыш! Раньше-то они все больше девками прикидывались, пока стрелами не забросали, а сегодня вдруг мальцом, понимаешь, и давай опять орать под стеной…
— Господин начальник караула! — словно почувствовал присутствие начальства, мгновенно поменялся тон нетерпеливо подпрыгивающего у ворот мальчишки. — Господин начальник караула! К вашей совести и сердцу взываю! Не нежить мы! Люди! Помогите!



Старшина Дибс вздохнул и, свесившись между каменных зубцов крепостной стены, посмотрел вниз. Темень там дикая, ничего толком не видать, а жечь факелы возле ворот, окромя как на дозорной площадке, не позволяли. Мало ли искра где проскочит? Или ветром пламя кинет на деревянные створки? Потому только и видно, что бледное пятно рубахи, маячащее возле самой стены, да что-то крупное, смутно похожее на человеческое тело, неподвижно лежащее рядом на земле.
— Чего тебе, горлопан? — неохотно спросил старшина, тщетно пытаясь различить подробности. — Кто таков? Откуда?



— Хаська я, — громко шмыгнули носом в темноте. — Хаська Рыжий. В дальнем селе живу. Мамки нет, батька в том месяце от лихоманки помер, вот я и подался к дядьке. А он милорду герцогу служит… Крохобором кличут. Может, слышали? Он тут у вас всякую жратву на барский стол доставляет…
— Не жратву, а кушанья благородным господам, — хмуро поправил старшина.
— Дак я ж то и говорю — жратаньку и выпивку он вам, значитца, регулярно привозит…
— Есть такое дело, — вполголоса буркнул кто-то из стражников. — Вино для хозяина из города доставляет. Свояченник он управляющему нашему, вот и пускают его в замок. Я эту сволочь хорошо знаю: здоровенный бугай, косой и вечно пьяный. Да еще жадный, зараза, без меры — за жалкий стаканчик винца из своей бочки удавится… за то и кликуху ему дали…



— Разговорчики! — прикрикнул на своих Дибс. — А ты малец, дальше говори.
— Я и говорю, господин начальник, — послушно затараторил мальчишка. — Местные мы. И дядька мой… Крохобор, который… на службе тут состоит. Регулярно приезжает, уезжает… Вот и сегодня с рассветом поехал в город, да опять на обратном пути налакался, потому и заблудился в трех соснах. Я его до вечера ждал — ждал, а там искать пошел. Знаю, что если этот упырь к крынке присосется, так вовек не оторвать! А крынку он завсегда с собой возит, потому как бочки у него в телеге большие, и если оттуда чарочку-другую слить, то его светлость никогда и не заметит..



— Ты по делу давай, — перебил пацана Дибс, кинув грозный взгляд на дружно ухмыльнувшихся подчиненных. Ясен пень, что с той чарки почти все они регулярно «налог» снимали. Да что греха таить — самому завсегда перепадало. Но то ж лишь промеж собой обсуждалось — не дай небо, герцог пронюхает. А сопляк орет на весь двор, как резанный. — Чего вас сюда на ночь глядя-то занесло?
— Дык этот ирод… чтоб ему пусто было… на козлах заснул! — всплеснул руками мальчишка. — Жара была днем, вот его, пьянь подзаборную, и сморило! Я уж по темноте его нашел, растолкал с трудом, сам за вожжи взялся, да только смотрю — повалился он с козел-то! И башкой прямо в обочину ткнулся! Только хрюкнуть и успел напоследок! Я его на телегу давай затягивать, а он сползает! Раза три пытался, все никак удержать его не мог — тяжелый дядька-то… а тут мерин наш от сивушных паров вдруг ка-а-ак взбрыкнет! Да ка-а-ак рванется! Вот постромки и лопнули! А дядька мой… того… снова как навернулся с телеги, да на этот раз как упрямый баран — наперед! А потом как мордой-то приложился со всей дури об оглоблю… так с тех пор даже не мычит! Только икает иногда и дышит через раз! Перепугался я от ентого, значитца, чуть не до мокрых штанов: вдруг помер мой кормилец?! А кудыть его девать было? Ближе замка только погост, но ему туда вроде… того… этого… рановато как-то…



У Дибса высоко взлетели брови от изумления.
— Погодь, малой, так ты дядьку своего что… четыре раза подряд темечком об землю приложил?!
— Агась, — огорченно вздохнули снизу. — Случайно. Перевязал ему лоб-то кое-как, но все одно боязно…
— Во дает! — тихонько хрюкнули караульные. — Тогда Крохобору и правда крышка…
— Что тут у вас стряслось? — вдруг недовольно буркнули на лестнице, и на площадке под жалобный скрип деревянных ступенек показалась лысая макушка дежурного мага. Пожилого уже толстяка в длинном балахоне, нелепом колпаке и белых тапочках.



Караульные тут же подтянулись.
— Чужак, ваше магичество! — доложился по форме старшина. — Проверить бы надо мальца на энту… как ее… ну, черноту…
— Да какая там чернота? — презрительно скривился выбравшийся наверх пузан, едва подойдя к стене и кинув вниз быстрый взгляд. — Сопляк какой-то перепуганный, а с ним… хех, не повезло бедолаге… но неужто вы только ради этого выдернули меня из постели?!
— Прощения просим, ваше магичество! — тут же вытянулся во фрунт старшина, позабыв про больную спину и подобострастно выпучив глаза. — Больше не повторится! Извольте почивать дальше! Мы теперь тут сами разберемся!



— Да уж конечно… повязку ему сменить не забудьте, — буркнул понапрасну разбуженный маг и, широко зевнув, с ворчанием отправился восвояси.
Караульные дружно перевели дух.
— Открывай ворота, — вполголоса, чтобы не услышал маг, распорядился старшина. — Раз не упыри пожаловали, то неча мальцу за стенами ночь куковать. Вдруг и правда нежить заявится? Пацана накормить, напоить, Крохобора перевязать, раз еще жив, а утром целителю показать. Да и узнать надобно, где он телегу с вином потерял…



Доблестные стражи переглянулись с одинаково хитрым выражением лица и, бодро отдав честь, дружно потопали вниз. Им-то что — ответ перед герцогом не держать. За все господин маг теперича отвечает. А вот бочечку из не доехавшего груза можно будет потихоньку прибрать к рукам. Кто там станет разбираться, сколько из них доехало до места назначения? Небось, одна-то осталась цела, да еще одна на воротах случайно затеряется… простому солдату ведь немного для счастья надо: кружку хорошего винца, сухие портянки да теплую бабу под боком.



Тогда и упыри никакие не страшны…

***
Я стоял и смотрел на хозяина замка с отстраненным равнодушием.
«Его светлость» оказался довольно молод, непомерно толст и, судя по отсутствию в постели женской головки, не особенно здоров. Впрочем, храп у него был очень даже богатырским — от него стекла в окнах дрожали, то и дело навевая мысли о землетрясении.
Войти в герцогский замок оказалось на удивление легко — одно небольшое усилие, крохотная порция ментальной магии, и все воспоминания глуповатого караульного охотно перешли в мое распоряжение. Охрана здесь аховая, толковых вояк нет, защиту от магии им почему-то никто не предоставил, так что выпотрошить их примитивные разумы, а затем беспрепятственно прогуляться по замку мне никто не помешал.



Верзилу, тщательно перевязанного и накрытого простенькой иллюзией, я оставил внизу — добросовестно изображать дозревающий труп, возле которого суетились обеспокоенные судьбой господского вина солдаты. А сам, набросив заклинание невидимости, пробежался по округе, вынюхивая следы магии и выискивая потайные проходы. С последними мне, к счастью, повезло, так что много времени на осмотр я не потратил. Внутренний двор, кухня, кладовые, фамильный склеп, подвал… однако следов нежити или признаков ее создателя я так и не обнаружил. Даже «темного» алтаря, что удивительно, не почувствовал.



С защитными заклинаниями дела здесь тоже обстояли скверно: судя по всему, старый герцог Ангорский не особенно беспокоился за сохранность своего дальнего имения. Да и сыночка в этот медвежий угол сослал, небось, не от большой любви. Набедокурил он, похоже, в столице, вот и отправили его подальше, пока там все не успокоится.
Мельком просмотрев воспоминания герцогского отпрыска, я вынужденно признал, что несколько поторопился с первоначальными выводами: жратва… вино… деньги… снова жратва… ничего познавательного в голове этого болвана не было. Сослали его сюда за нарушение общественного порядка, после того, как изнывающий от дикой скуки наследничек вместе с парочкой таких же богатеньких приятелей налакался элитного высокоградусного пойла в таком же элитном столичном притоне для аристократов. Дойдя до состояния полного нестояния, он решил не останавливаться на достигнутом и мужественно продолжил борьбу с зеленым змием до полного помрачения мозгов. В какой-то момент, как водится, получил вежливое «фи» от соседей по трактиру с завуалированной просьбой не нажираться более до поросячьего визга. Оскорбился, естественно, поведением «быдла» и захотел подправить наглецу физиономию, но не учел, что тот явился на отдых не один. Завязавшаяся драка, в которую мгновенно оказалось вовлечено большинство присутствующих, ознаменовалась шумным обменом мнений насчет умственных и физических способностей друг друга (надо сказать, юный герцог и тут сумел выделиться, проявив достойное оратора многословие), подсчетом родственников по отцовской и особенно материнской линии (иногда количество поминаемых зашкаливало за все мыслимые пределы), вежливыми… все в пределах этикета… зуботычинами и почти что церемониальными размахиваниями (по крайней мере, так говорилось в отчете городской стражи) всевозможными колюще-режущими предметами, один из которых по роковой случайности проткнул насквозь кого-то из нетрезвых гостей. Который, к слову говоря, вообще не имел отношения к сражающимся и явился на мероприятие лишь для спокойного вдумчивого размышления о высоком.



История эта огласки могла бы и не получить, не окажись тем бедолагой младший сын посла одного из соседних государств, находившегося в то время в столице с деловым визитом. Да и зачинщики могли бы уйти от ответственности, если бы не были застуканы на месте преступления с поличным. К тому же, злополучная шпага, пропоровшая родственнику посла живот, оказалась с герцогским вензелем. Так что, если бы посольский сынок там бы и помер, скандал вышел бы знатным.
А так — обошлись малой кровью: посол всего лишь разгневался, король просто-напросто обозлился, важные торговые соглашения едва не оказались под угрозой срыва, из-за чего старый герцог, как говорят, за одну ночь поседел, а его наследничек был в срочном порядке выдворен из столицы в самое дальнее родовое имение. И уже три с половиной месяца носу оттуда не казал, запивая свое горе несметным количеством вина и заедая обиду жареными поросятами.



Думаю, не стоит говорить, что о бродящей по его земле нежити он не имел ни малейшего понятия. Другое дело — маг. Кто-то же поставил приличную «охранку» на границе имения?
Наскоро обыскав комнату и тщательно стерев все следы своего пребывания, я ушел тем же путем, каким пришел, напоследок сняв со сладко посапывающих караульных сонное заклинание. Затем, ориентируясь на показатели магического фона, отыскал обиталище местного чародея и, легко проникнув в покои, разочарованно вздохнул.







0 Комментариев и отзывов к аудиокниге Некромант на охоте - Лисина Александра

  • Главная
  • Правообладателям
  • Контакты
Не работает аудиокнига? Отключи Adblock. Читать >>>